Главная
Афганистан: анализ последних десяти лет работы МККК по оказанию помощи пострадавшим в результате вооруженного конфликта
07-10-2011 Интервью
По окончании двухлетней служебной командировки в Афганистан Катя Гисин анализирует последние десять лет работы МККК в условиях вооруженного конфликта в стране. Она рассказывает о тех изменениях, которые произошли в программах МККК по предоставлению защиты и помощи лицам, содержащимся под стражей, а также другим категориям граждан, пользующимся защитой международного гуманитарного права.
С какими основными проблемами столкнулся МККК за последние 10 лет при осуществлении своих программ помощи тем, кто пользуется защитой международного гуманитарного права?
Нам пришлось адаптировать свою деятельность к новой ситуации, новому правительству и многим другим новым факторам. Несомненно, это было очень сложно. Но если оценивать этот процесс во времени, то изменения, на мой взгляд, прошли достаточно гладко.
Одной из важнейших задач для МККК было наладить диалог с международными силами, и особенно с силами США. В 2001 году мы начли его в Афганистане, а в 2003 продолжили в Ираке. МККК пришлось с нуля выстраивать оперативное взаимодействие с новым партнером.
В самом начале нашего диалога МККК и США были буквально на разных полюсах, поэтому пришлось приложить значительные усилия, чтобы стороны смогли найти золотую середину в своих взаимоотношениях. На это ушло время.
Налаживание диалога и с международным сообществом, и с афганским правительством в попытке максимально сблизить их позиции также оказалось для МККК сложным, особенно в самом начале. В 2001 году МККК работал в ситуации международного вооруженного конфликта и оккупации, которая в последствии переросла в интернационализованный немеждународный конфликт. Это случилось после того, как в июне 2002 года было сформировано афганское переходное правительство, что открыло пути для создания суверенного правительства.
Сегодня МККК ведет активный диалог со всеми сторонами по очень многим вопросам.
Первой темой, которую мы подняли в дискуссиях с афганскими властями, стали условия содержания под стражей. Постепенно нам удалось получить доступ к задержанным, находящимся в афганских пенитенциарных учреждениях. За прошедшие десять лет в этой области был достигнут значительный прогресс. Афганские власти отчетливо понимают все преимущества, которые дают посещения делегатами МККК учреждений содержания под стражей. МККК не только доставляет туда гуманитарную помощь и содействует улучшению системы водоснабжения и санитарных условий, но также делает все возможное для предоставления защиты задержанным. МККК также оказывает удерживающим властям консультативную помощь в вопросах обращения с задержанными и разъясняет, какие юридические гарантии должны соблюдаться в их отношении в период проведения расследования. Мы ведем конфиденциальный диалог с удерживающими властями по ряду вопросов, которые вызывают нашу озабоченность. Предстоит проделать серьезную работу, но нам уже удалось добиться реальных успехов.
Что касается международных сил, у нас исходно было взаимопонимание с удерживающими властями, но им понадобилось больше времени на то, чтобы узнать, в чем заключается роль МККК, его цели и задачи, а также то, какую пользу могут принести посещения задержанным и им самим.
Самая сложная задача, учитывая обстановку в регионе, заключалась в налаживании контактов с вооруженной оппозицией. У оппозиции нет стационарных учреждений содержания под стражей, которые можно было бы посещать. По этой причине посещение задержанных сопряжено с проблемой обеспечения безопасности. Мы посещали задержанных и в прошлом году, и в этом, но только тогда, когда возникала такая возможность. Но, несмотря на это, мы продолжаем дискуссии с представителями оппозиции по вопросу об обращении с задержанными.
Каких важнейших успехов удалось добиться МККК в вопросах содержания под стражей?
На мой взгляд, мы д обились значительных успехов в привлечении внимания международного сообщества к проблемам содержания под стражей. Это особенно важно с учетом того, что афганской пенитенциарной системе необходима серьезная поддержка. Мы можем помочь заинтересованным сторонам понять, в чем заключаются основные особенности и первоочередные потребности афганских тюрем, и как они могут им помочь. Мы провели оценку ситуации во всех тюрьмах страны, и можем содействовать налаживанию плодотворного сотрудничества между международным сообществом и афганской администрацией.
МККК также осуществляет программу восстановления семейных связей, которая помогает семьям и находящимся под стражей родственникам поддерживать контакты друг с другом посредством видеотелефонной связи и семейных свиданий. К сожалению, в этой области нам не удалось добиться больших успехов. Тем не менее, программа вызывает большой интерес среди задержанных и их родных. На протяжении многих лет семьям не давали возможности видеться с родными, находящимися в учреждениях содержания под стражей на авиабазе в Баграме, работу которых координируют власти США. В 2008 году мы смогли наладить систему, которая позволяет им общаться друг с другом посредством видеоконференций, а также семейных свиданий.
Являясь сотрудником отдела МККК по предоставлению защиты, я должна напомнить, что власти обязаны разрешать заключенным и их семьям поддерживать контакты друг с другом. Программа семейных свиданий имеет большое значение как для задержанных, так и для их семей. Но наша цель заключается в том, чтобы возможность поддерживать контакты с родными обеспечивали сами удерживающие власти, а не МККК это делал за них.
Каковы будут приоритеты в деятельности МККК по предоставлению защиты лицам, содержащимся под стражей, после того, как ответственность за работу пенитенциарных учреждений перейдет от международных сил к афганским властям?
В процессе передачи ответственности, который идет в настоящее время, возникают два направления деятельности для МККК. Первое касается условий содержания под стражей после того, как тюрьмы будут переданы афганским властям. Как сохранить созданные условия? Каким образом будет осуществляться управление тюрьмами? Каково будущее этих учреждения? Второе направление – чисто правовое, поскольку задержанные будут переданы из системы административных наказаний в систему уголовных наказаний.
Для нас самая сложная задача заключается в том, чтобы определить, с кем и какие вопросы решать. Кто несет ответственность за каждый участок работы. В Афганистане ситуация такова, что одно и то же учреждение содержания под стражей находится в ведении как международных сил, так и афганских удерживающих властей. Поэтому встает вопрос о том, кто из них несет ответственность за гуманное обращение с заключенными, за то, чтобы их нормально кормили, чтобы они имели возможность принять душ, были одеты и могли поддерживать контакты со своими семьями? Важно добиться того, чтобы международные силы и афганские власти не перекладывали ответственность друг на друга.
Ситуация двоевластия сложна и для нас, и для задержанных. Человеку, содержащемуся под стражей, важно знать, кто несет за него ответственность, и к кому он должен адресовать свои просьбы. Это не всегда просто установить.
Также очень важен вопрос безопасности в условиях, когда ответственность за ее обеспечение переходит от международных сил к афганским и местным властям. Мы развиваем наш диалог по вопросу о ведении боевых действий со сторонами в конфликте, афганской армией и полицией, и также с недавно сформированными местными отрядами ополчения.
Существует также ряд проблем, который вызывает общую озабоченность. Как будет обеспечиваться безопасность в условиях появления все большего числа вооруженных группировок? Насколько эффективный контроль можно установить за их деятельностью? Кому эти группировки подотчетны? Кто будет призывать их к ответу за совершенные деяния? Я думаю, что для МККК по-прежнему сохраняется широкое поле для деятельности в рамках диалога, который мы ведем на протяжении последних нескольких лет по всем этим вопросам. Важно развивать такой же диалог и с новыми группировками, напоминая им об их обязательствах в соответствии с международным гуманитарным правом.
То есть, вы хотите подчеркнуть, что ответственность должна быть обоюдной?
Безусловно. Статья 1, общая для всех Женевских конвенций говорит о том, что все участники Женевских конвенций не только должны соблюдать международное гуманитарное право сами, но также обеспечивать его соблюдение всеми сторонами. Таким образом, чем ближе рабочие отношения между странами, а в данную ситуацию вовлечены многие страны, тем больше у них возможностей для влияния посредством проведения подготовки, оказания консультативной помощи и предоставления финансирования. Это помогает добиться того, чтобы другие стороны также обеспечивали соблюдение международного гуманитарного права. По этой причине, они несут ответственность как за свое собственное поведение, так и за обеспечение того, чтобы другие стороны тоже соблюдали закон.
Какая часть работы в Афганистане принесла вам наибольшее удовлетворение?
Работа в Афганистане стала для меня большим испытанием и по своей сути, и в связи с масштабами делегации и реальным масштабом проблем, с которыми пришлось столкнуться. Но работа в этой стране была для меня также большой радостью и честью. Быть на передовой – особая миссия, когда вокруг кипят события, и все время что-то меняется.
По сравнению с периодом двухлетней давности, когда я приехала в Афганистан, ситуации уже совершенно другая. И она меняе тся день ото дня. Ты можешь приехать в воскресенье и надеяться, что неделя пройдет спокойно. Но вечером того же дня ты видишь, насколько кардинально все изменилось всего за день. Нужно все время следить за развитием событий. Но, на мой взгляд, наша работа реально помогает людям, и поэтому имеет большое значение. Ты действительно ощущаешь себя составной частью происходящего.
-
доля
|
К началу страницы
