Главная
"Люди хотят знать, что случилось. И это их право"
30-08-2011 Автор: Жак Барберис, глава представительства Международного Комитета Красного Креста (МККК) в Чеченской Республике и Республике Дагестан.
30 августа мировое сообщество отмечает Международный день пропавших без вести. В связи с этим мы решили поговорить о ситуации с пропавшими без вести в Российской Федерации с представителем Международного Комитета Красного Креста в Чеченской Республике и Республике Дагестан.
Каков, на ваш взгляд, масштаб проблемы пропавших без вести в Российской Федерации?
Масштаб проблемы пропавших без вести в Российской Федерации значителен. Для этого региона она знакома еще со времен Второй мировой войны: миллионы людей все еще остаются без вести пропавшими. Судьбы многих не известны и после войны в Афганистане. Семьи все еще ждут своих близких. Если говорить о последних событиях на Кавказе, они также крайне печальны. С 1992 года здесь пропали без вести тысячи людей.
Только в списках Красного Креста в Чеченской Республике пропавшими без вести числятся более 2000 человек. Это значительная цифра. Помимо гражданских лиц во время конфликта без вести пропали также около 700 представителей вооруженных сил и правоохранительных органов.
Что делает МККК в отношении проблемы пропавших без вести?
Мы стараемся содействовать властям в решении этой проблемы, как на федеральном, так и на региональном уровнях. Уже несколько лет мы ведем конструктивный диалог по этому вопросу с властями на Северном Кавказе. Наша роль в этом – роль нейтрального посредника. Мы напоминаем властям о том, что пропавших без вести надо искать, что их семьи имеют право знать, что произошло с их близкими.
Помимо этого, мы изыскиваем возможности оказать помощь семьям пропавших без вести. Подавляющее большинство из них лишилось кормильцев и оказалось в крайне трудном экономическом положении. В связи с этим Международный Комитет Красного Креста несколько лет назад провел оце нку ситуации, и было принято решение обратить внимание на непосредственные нужды семей пропавших без вести. Мы предоставляем им возможность открыть свое небольшое дело с тем, чтобы улучшить их материальное положение. По нашим оценкам, программа микроэкономических проектов, которая уже более шести лет реализуется в Чеченской Республике, позволяет получателям такого вида помощи увеличить свой ежемесячный доход на 40-50%.
Хочу привести пример многодетной семьи из Гудермеса. Отец пятерых детей пропал без вести, когда дети были еще маленькие, и матери пришлось одной поднимать их. Узнав о возможности получить помощь в МККК, Зина пришла к нам с заявкой на микроэкономический проект. Когда-то она занималась пошивом одежды, но, так как муж являлся основным кормильцем семьи, оставила это занятие и посвятила себя детям. Однако случившаяся трагедия и, соответственно, последовавшее за этим тяжелое материальное положение, заставило ее вновь вернуться к забытому ремеслу. Но у нее не было никакой возможности начать свое дело. Эта семья подошла по всем критериям МККК и была обеспечена необходимым оборудованием и материалами. Вот уже год, как Зина занимается пошивом и ремонтом одежды и говорит, что это достаточно ощутимая поддержка для ее большой семьи.
С какими основными трудностями сталкиваются семьи пропавших без вести в повседневной жизни? Можете ли вы привести какие-то конкретные примеры?
В 2009 году МККК провел специальное исследование, в результате которого стало ясно, что большинство семей испытывает проблемы психо-социального характера. Очень сложно жить, когда ты не знаешь, что случилось с близким тебе человеком. На основании этого исследования мы приняли решение начать программу психологической поддержки семей пропавших без вести.
Дело в том, что люди, чьи родные пропали при невыясненных обстоятельствах, зачастую нуждаются в том, чтобы и х выслушали. Это тяжелое бремя неизвестности, которое лежит на них, не дает им полноценно жить дальше. Возможность выговориться, рассказать о своем горе если не вылечивает эти раны, то хотя бы немного облегчает страдания. Неопределенность тяготит этих людей сильнее всего. Если бы они точно знали, что их родных нет в живых, если бы они могли оплакать их – это был бы тяжелый, но все-таки выход, а так они словно постоянно находятся в воздухе. Многие из таких семей страдают от социальной изоляции. Это сложная проблема, решение которой требует комплексного подхода. В ближайшие недели мы рассчитываем возобновить нашу программу психологической поддержки семьям пропавших без вести.
Родственники пропавших без вести очень часто встают перед необходимостью выстраивать свою жизнь заново. Но отсутствие ответа на вопрос: " Что же случилось? " не отпускает образ близкого человека, который постоянно стоит у них перед глазами. Наша программа микроэкономических проектов – это не только источник дохода, но и возможность хотя бы на минуту отвелечься от грустных мыслей. Я думаю, что основная сложность, с которой сталкиваются близкие пропавших без вести, все же психо-социального характера. У нас был такой случай, когда мы передали оборудование для теплицы 55-летней женщине, у которой пропали двое сыновей. Она живет с мужем и внуком, сыном их замужней дочери. Каждый раз, когда мы приезжаем проведать ее, она находится в этой теплице, ухаживая за зелеными саженцами. Это стало ее основным повседневным занятием. Женщина говорит нам, что это возможность для нее хотя бы ненадолго отвлечься от тяжелых мыслей, забыться. Это стало для нее своеобразным хобби, благодаря которому она, пусть ненадолго, но выходит из своего состояния постоянного ожидания весточки о сыновьях.
Сотрудничает ли МККК с другими организациями, также занимающимися вопросом пропавших без вести в регионе?
В первую о чередь МККК сотрудничает со своим основным партнером в любой точке мира – с национальным обществом Красного Креста или Красного Полумесяца. Здесь, на Северном Кавказе, мы работаем совместно с Чеченским отделением Российского Красного Креста, равно как и с отделением Российского Красного Креста в Ингушетии и Дагестане.
Каждое из названных мной отделений давно и успешно проводит программу под названием " Милосердие " . Она была начата еще до вооруженных конфликтов. Суть ее заключается в том, что медсестры Российского Красного Креста посещают одиноких и больных людей, а также людей преклонного возраста, чтобы помочь им в их повседневных делах. Если нужно, например, измерить давление, произвести мелкий ремонт по дому или поговорить с людьми, которым очень часто не хватает простого человеческого общения.
Два года назад в Чеченской Республике в эту программу были включены также и семьи пропавших без вести. Подопечные программы " Милосердие " уже привыкли к тому персоналу, который их посещает. Я хочу отметить, что эти медсестры делают большую и важную работу. Это чудо, то, что они делают. Работать с такой категорией людей не легко. Для этого требуется специальная подготовка. Многие из сотрудников этой программы проходили тренинги, организованные МККК.
Также мы сотрудничаем с другими организациями, занимающимися проблемой пропавших без вести в регионе. Их сотрудники проходят тренинги, которые организует МККК. Мы делимся с ними опытом, оказываем поддержку.
Какой результат работы МККК по вопросу пропавших без вести явился бы наилучшим достижением, по вашему мнению?
Мы хотим того же, чего хотят абсолютно все родственники, - получить ответы. Но мы пока не можем решить эту проблему, и не сможем, пока не будет соблюдено базовое право семей пропавших без вести – право знать. Настоящий результат мы получ им тогда, когда семьи, которые не имеют никакой информации о своих близких, получат ответы на интересующие их вопросы. Помогать им сейчас – это хорошо, это правильно, но главное для них – знать. Процесс идет, но информации не хватает. Я с сожалением должен констатировать тот факт, что из 2 324 человек, которые зарегистрированы в списках МККК как пропавшие без вести, нашлись пока только единицы. Люди хотят знать, что случилось, и это их право.
Как это работать с семьями пропавших без вести на ежедневной основе?
Это очень тяжело. Я лично встречаюсь с ними не каждый день, в отличие от моих коллег из отдела по защите населения. Это часть нашей работы. Мы должены быть сильными, сталкиваясь каждый день со страданиями других, и при этом уметь искренне сочувствовать. Для людей, с которыми мы работаем, очень важна эмоциональная поддержка. Они видят в любом посетителе спасательный круг. Для того, чтобы правильно работать с этой специфической категорией, нужны специальные навыки. И они есть у моих коллег, непосредственно работающих с семьями. Крайняя сложность такой работы заставляет нас иногда проводить реабилитацию собственных сотрудников. Я хочу поблагодарить их. Они выполняют очень непростую задачу.
В своей работе вы встречаете множество людей. У каждого из них своя история. Можете ли вы выделить одну, которая особенно тронула вас и о которой вы хотели бы нам рассказать?
Не так давно мы ездили посмотреть один микроэкономический проект по животноводству. Одной женщине, у которой сын пропал без вести, МККК дал корову. Выяснилось, что корова заболела и не дает молоко. Мы расстроились, что так вышло, а женщина нам ответила: " Это не самое главное, что корова не дает молоко. Главное, что у меня она есть. Я ее очень люблю " . Меня это так сильно поразило. Для этой женщины возможно сть заботиться о животном, уделять ему внимание и время, оказалась важнее, чем доход, который она могла бы от этой коровы получать. Я не думал, что животное, которое не принесло ожидаемой пользы, может оказать такую поддержку. Я понял, что эта женщина смотрит на мир не так, как я.
Беседовала Лейла Сатуева
- Грузия: Тамар вернулась домой.
- "Мы работаем со всеми, кто желает мира и добра". Интервью с Аюпом Цуровым, руководителем Комитета содействия поиску заложников и без вести пропавших
-
доля
|
К началу страницы
