Пересмотр космического права: понятие «использования в мирных целях» и Договор о космосе

14 февраль 2017
Пересмотр космического права: понятие «использования в мирных целях» и Договор о космосе
Вид Земли со спутника Suomi NPP, январь 2012. NASA/Norman Kuring

Космическое пространство становится ареной для демонстрации технологической мощи – от запуска разведывательных спутников до испытаний оружия. Что же говорится о милитаризации космоса в международном космическом праве? Павле Килибарда попытался дать его нормам более широкую интерпретацию, которая способствовала бы пониманию права в более мирном ключе.

При том что в основополагающем документе международного космического права – Договоре о космосе 1967 г. – космос назван «достоянием всего человечества» (ст. I), в исследовании и использовании которого «в мирных целях» заинтересовано все человечество (Преамбула), это не способствовало достижению консенсуса относительно того, можно ли в действительности использовать космос в военных целях. Космическое пространство, под которым в общем смысле понимается все, что находится на расстоянии более 100 км от поверхности Земли, становится ареной для демонстрации технологической мощи – от запуска разведывательных спутников до испытаний оружия (так, например, Китай уничтожил один из своих старых метеорологических спутников c помощью опытного образца противоспутниковой ракеты).

То, что множество государств уже десятилетиями, а в последнее время с новой силой, призывают к заключению договора о предотвращении гонки вооружений в космосе, говорит об убежденности международного сообщества в том, что при существующем правовом режиме невозможно прекратить набирающую обороты милитаризацию космоса. В связи с этим представляется необходимым еще раз изучить, что по этому поводу гласит существующее космическое право.

Отсутствие прямого запрета

Договор 1967 г. регулирует широкий спектр вопросов, относящихся к исследованию и использованию космического пространства и небесных тел. В частности, в нем содержится запрет на их национальное присвоение путем провозглашения на них суверенитета и обязательство оказывать всемерную помощь космонавтам – «посланцам человечества в космос» (ст. V). Тем не менее, общего прямого запрета на «милитаризацию» космоса не существует – только запрет на размещение оружия массового поражения (в том числе, ядерного) и положение об использовании Луны и других небесных тел исключительно в мирных целях. (Это положение было расширено в недостаточно успешном Соглашении о деятельности государств на Луне с его 16 государствами-участниками, из которых только одно ведет активную деятельность в космосе самостоятельно, а не совместно с другими странами). Само существование таких четких норм могло бы служить аргументом a contrario против заявлений о существовании более общего запрета. В этом смысле режим, прописанный в Договоре о космосе, разительно отличается от четкого и понятного режима, предусмотренного ст. I Договора об Антарктике для самого южного континента Земли.

Единственное материально-правовое положение Договора о космосе, в котором прямо говорится об использовании «в мирных целях», – это второй абзац ст. IV, устанавливающий основной правовой режим в отношении Луны и других небесных тел. Тем не менее, другие статьи содержат еще ряд принципов, имеющих обязательную юридическую силу и регулирующих освоение космоса в целом. Речь, в частности, идет о том, что исследование и использование космического пространства должны осуществляться на благо и в интересах всех стран (ст. I), что они должны проводиться в соответствии с международным правом, включая Устав ООН, «в интересах поддержания международного мира и безопасности и развития международного сотрудничества и взаимопонимания» (ст.III), а государства-участники Договора должны руководствоваться принципом сотрудничества и взаимной помощи и должны осуществлять всю свою деятельность в космическом пространстве с должным учетом соответствующих интересов всех других государств-участников Договора (ст. IX). В ст. VII устанавливается специальный режим международной ответственности за ущерб, причиненный «космическим объектом» одного государства-участника лицам или имуществу другого государства-участника. Этот режим более подробно разработан в Конвенции о международной ответственности за ущерб, причинённый космическими объектами, 1972 г. Данные положения несомненно ограничивают деятельность государств в космическом пространстве – вопрос только в том, в какой мере.

Предотвращение милитаризации космоса?

Существуют трудности, связанные с интерпретацией ограничений, налагаемых Договором о космосе на использование космического пространства в военных целях.

Для начала необходимо решить вопрос об их применении в военное время, затем – уточнить содержание вышеупомянутых норм. В договорах по космическому праву нет прямых упоминаний об их применимости в военное время. И хотя при их составлении, возможно, предполагалось, что они будут регулировать отношения мирного времени, внимательное их изучение показывает, что их применение не прекращается и в ситуациях конфликтов. Так, например, формулировка ст. IV Договора о космосе практически не оставляет сомнений относительно ее применения в военное время, и большинство, если не все принципы, устанавливаемые Договором как руководящие при исследовании и использовании космического пространства, могут справедливо считаться общими, универсальными и применимыми к любой деятельности государств-участников, в том числе во время вооруженных конфликтов.

С учетом того, что прямого запрета на всю военную деятельность в космосе не существует, сложнее определить, что эти принципы на самом деле предусматривают. Прописанное в ст. IX требование, согласно которому государства-участники, руководствуясь «принципом сотрудничества и взаимной помощи», должны «осуществлять всю свою деятельность в космическом пространстве... с должным учетом соответствующих интересов всех других государств-участников Договора», очевидно носит универсальный характер. И хотя данная формулировка не передает то же значение, что термин «использование в мирных целях», ее можно трактовать как наложение обязательства не использовать космическое пространство для применения силы против других государств. В то же время подобное обязательство не представляется абсолютным и в действительности не запрещает само нахождение военных объектов или военнослужащих в космическом пространстве или пути их использования, которые потенциально могут иметь военное назначение. В этом отношении требование, приведенное в ст. III, является более важным.

В недавно принятой резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 69/32 международное сообщество признает, что существующий правовой режим сам по себе не является гарантией предотвращения гонки вооружений в космосе. Тем не менее, в резолюции снова повторяется мысль о том, что «предотвращение гонки вооружений в космическом пространстве устранило бы серьезную угрозу международному миру и безопасности», и вновь подчеркивается важность ст. III и IV Договора о космосе. Из этого следует, что мировое сообщество придает одинаковое значение крайне широко сформулированной ст. III и относительно четкому запрету на размещение оружия массового поражения в космосе, который содержится в ст. IV.

Пожалуй, главная задача заключается не в том, чтобы определить, что имеется в виду под «мирными целями», а в том, чтобы дать определение «милитаризации». Синонимичны ли термины «милитаризация космоса» и «размещение оружия в космическом пространстве» (последний тоже иногда встречается в этом контексте) или же они относятся к разным процессам? Если бы прямой запрет на использование небесных тел в военных целях был распространен на все космическое пространство, стало бы это препятствием, например, для использования спутников для наведения некоторых видов вооружений на Земле? Юристам, горячо ратующим за мир, следует агитировать за такой запрет с большой осторожностью, помня о том, что с практической точки зрения использование спутников для наведения определенных видов вооружений может повысить точность ударов, а следовательно, привести к снижению «сопутствующего ущерба» – потерь среди гражданского населения. Следует помнить об этом, когда работа над новым договором наконец начнется.

Космическое право: нужны новые законы?

Подводя итог, очень сложно увидеть в Договоре о космосе предвосхищение общего запрета на милитаризацию космического пространства. Тем не менее, можно – вполне обоснованно – утверждать, что милитаризация космоса, особенно когда речь идет о размещении в нем вооружений, скорее всего, будет представлять угрозу международному миру и безопасности по смыслу ст. III. Такая трактовка подразумевает, что все государства-участники должны воздерживаться от подобных действий даже в отсутствие более четкого законодательства. Кроме того, режим, установленный Конвенцией о международной ответственности за ущерб, причинённый космическими объектами, придает этим вопросам дополнительный аспект, но это тема для одной из следующих статей.

При любом анализе милитаризации космоса следует также принимать во внимание ее влияние на окружающую среду. Китай критиковали за вышеупомянутое испытание оружия в том числе и потому, что в результате на околоземной орбите стало на 800 обломков больше (эта проблема представляет все большую опасность, так как может привести к явлению, известному как синдром Кесслера). В действительности ст. IX Договора о космосе обязывает государства избегать неблагоприятных изменений космического пространства или небесных тел. Учитывая, опять же, что испытания оружия в космосе могут быть расценены и как соответствующие данному положению, и как нарушающие его, это еще одна причина как можно скорее приступить к работе над новым договором.

Сегодня многие государства несомненно хотят начать переговоры по этим вопросам. Это похвальное стремление, заслуживающее поддержки. Тем не менее, перспектива скорого появления договора о космосе не освобождает юристов от морального и безусловно гуманного обязательства и впредь добиваться признания более широкой интерпретации существующих норм. За подобными усилиями всегда должно стоять желание не только облегчить страдания невинных людей, но и, насколько это возможно, оградить космос от глубоко укоренившейся и столь характерной для человека привычки вести войну.

Автор - Павле Килибарда, магистр права
(Женевская академия международного права и права прав человека)

Статья впервые была опубликована в блоге "Humanitarian Law and Policy",
7 ноября 2016 г.


Также по теме:

Why outer space matters: Major Susan Trepczynski with a brief intro on international space law – Intercross Blog, 1 November 2016
New technologies and warfare – International Review of the Red Cross, Vol. 94, No. 886, Summer 2012
New technologies and the modern battlefield – Web portal

Подпишитесь на новости МККК