Александр Гладышев: «Изучение права войны – главная инвестиция в наше будущее».

Александр Гладышев: «Изучение права войны – главная инвестиция в наше будущее».

Нам часто приходится слышать, что когда за дело берутся военные – законы не соблюдаются. Значит ли это, что Женевские конвенции и право войны – фикция?
Статья 19 июнь 2019 Россия

Мы поговорили с человеком, который руководит процессом обучения курсантов международному гуманитарному праву (МГП). Заставляет их – пока в теории – решать самые сложные правовые дилеммы, с которыми приходится сталкиваться на войне. И абсолютно убежден, что изучение Женевских конвенций – главная инвестиция в наше будущее.

О том, как понять и полюбить Женевские конвенции, рассказывает исполняющий обязанности начальника управления правового обеспечения Министерства обороны Республики Беларусь полковник юстиции Александр Гладышев.

Я военным не стал. Я им родился. Сейчас этот городок называется Рощинский – а когда я появился на свет это было Черноречье, Куйбышевская область.

Мой папа Николай Гладышев - военный, и всю жизнь с рождения вокруг меня были в основном военные люди. Я даже не рассматривал для себя другие профессии. Это был весь мой мир.

С 1981 по 1984 мы жили в Кабуле, там я пошел в садик. Я не очень люблю рассказывать об этом периоде, потому что для меня это было обычное детство, как и для множества советских детей, проживавших там с родителями. Рассказы про происходившее в Афганистане – это право тех, кто там действовал (военные, политики, строители). Им действительно есть, о чем рассказать. В Афганистан папу командировали на определенный срок, по окончании которого – возвращение на родину.

Полковник Николай Гладышев (в центре), Афганистан 1984 г. Фото из личного архива
Полковник Николай Гладышев (в центре), Афганистан 1984 г. Фото из личного архива

После Кабула отец получил назначение в Минск, тут мы и остались. В 1992 году я поступил в Минское суворовское военное училище, а в 1994 году - в Академию Министерства внутренних дел Республики Беларусь.

Это был период после развала Советского Союза, и законодательство Республики Беларусь, как и других стран бывшего союза, только формировалось. Было понятно, что именно тем, кто сейчас обучается и выпускается предстоит вырабатывать законодательную базу. Нам начитывали все направления права кроме одного - МГП. С МГП я знакомился, уже проходя военную службу офицером.

Александр Гладышев с отцом, Николаем Гладышевым. Фото из личного архива
Александр Гладышев с отцом, Николаем Гладышевым. Фото из личного архива

Первое, что можно сказать об МГП – это право здравого смысла. Вопреки стереотипам МГП не связывает руки и не мешает проводить эффективные военные операции. Это в первую очередь право, которое защищает людей, не принимающих участие в вооруженном конфликте, а также объекты, которые не используются в военных целях.

МГП – право здравого смысла

Во вторую очередь МГП призвано ограничивать методы и средства ведения войны. Почему? Да потому что жестокость не является непременным условием успеха.

Теория конфликтов сейчас чрезвычайно сложна. Если рассматривать идеально протекающий вооруженный конфликт по нормам МГП, то, по моему мнению, это средневековая битва на мечах в поле. Вот стопроцентное попадание!

А сейчас все научились обходить право – в гибридных конфликтах применять МГП очень сложно. Сложно понять, что вообще происходит в стране – в той же Сирии попробуй объяснить самому себе, какой вид вооруженного конфликта происходит на самом деле, происходит ли вообще вооруженный конфликт в понимании МГП, и какие соответственно нормы МГП должны применяться.

МГП ограничивает выбор видов вооружения и тактики, которые можно применять во время войны. Это необходимо, чтобы предотвратить излишние страдания.

Самое доступное для курсантов объяснение необходимости ограничения применения того или иного вида оружия - если ты, например, начнешь стрелять разрывными, готов ли ты к тому, что тебе обратно прилетит то же самое?

В отношении защиты лиц и объектов тоже есть яркий пример. Идет женщина беременная. Но ты видишь, что она с оружием – стрелять в нее? Даже в теории однозначного ответа на вопрос нет и не будет. Потому что фраза «беременная женщина с оружием» не содержит отличительных признаков ее поведения. Здесь анализом «по пунктам» не обойдешься. Надо учиться видеть ситуацию в целом.

Или какой, например, смысл палить в спокойно стоящую машину? Это же не логично. Вот и не надо стрелять по гражданским объектам. Но в конкретной тактической обстановке все будет значительно сложнее.

Так реально ли сверяться с правом войны, когда ты в очень стрессовой ситуации и от твоего решения зависят жизни? Конечно реально, если ты на учебе внимательно разбирал все похожие случаи и усвоил правила войны «на зубок». Тебе не приходится с ними «сверяться». Они – твоя отправная точка при принятии решений.

Изучение любого направления права очень расширяет кругозор. Дает возможность глубже понять процессы и увидеть, как все «работает» изнутри.

Есть, например, понятие заключенного. Но почему МККК в одной ситуации может его посетить, а в другой – нет? Начинаешь выяснять. Подождите, оказывается, заключенный заключенному рознь? И круг прав военнопленного отличен от прав заключенного в общегосударственном законодательстве? И статус военнопленного может возникнуть только при определенных условиях?

Это ведь очень интересно –определить правовой статус военнопленных, понять, какая категория лиц к ним относится. Разобраться, когда вообще может применяться МГП, и перестать выдвигать друг другу необоснованные претензии о его нарушении.

Применение права во время вооруженных конфликтов разного типа разграничено. Женевские конвенции в полном объеме применяются только в ходе международного вооруженного конфликта.

Готовя курсантов по МГП, мы стремимся в первую очередь серьезно инвестировать в их личную совесть, а значит, и в свое собственное будущее. Особенно хочется, чтобы это было понятно курсантам, которые пойдут в политику. У военных все проще: если ты нарушил, ты пойдешь под трибунал.

Раньше политики останавливали войны – встречались и договаривались. Сейчас бывает иначе, и возникновение причин для применения норм МГП очень сильно зависит от личной совести каждого из них. Зачастую вооруженные конфликты современности вспыхивают по всему миру только в рамках реализации политических интересов отдельно взятого государства.

Многие решения в политике – вопрос личных принципов. Именно их мы формируем, преподавая МГП.