Ответы на вопросы: как международное гуманитарное право защищает журналистов в ситуациях вооруженного конфликта?

Термин «журналист» в международном гуманитарном праве не определен. На практике под этим словом подразумевают в общем случае широкий круг работников СМИ, которые осуществляют сбор, документирование, подготовку и предоставление информации населению. В их число могут входить корреспонденты, репортеры, фотографы, видеооператоры и технический персонал, обеспечивающий работу радио- и телевещания, а также печатных и цифровых СМИ. Признание человека журналистом зависит скорее от характера его деятельности, а не от наличия официальной аккредитации или связей с определенным средством массовой информации.

Журналисты и другие работники средств массовой информации, освещающие вооруженные конфликты, сталкиваются с множеством опасностей. В силу характера своей профессиональной деятельности они часто находятся рядом с зоной боевых действий и могут быть ранены или убиты. Кроме того, они могут столкнуться с насилием, угрозами, заключением под стражу, похищением или другими видами давления в связи с исполнением своих обязанностей. В ходе недавних конфликтов журналисты и другие работники СМИ всё чаще страдали от прямых нападений и иных актов насилия, запрещенных нормами международного гуманитарного права.

Помимо этого, журналисты сталкиваются с разнообразными препятствиями, которые могут помешать им выполнять профессиональные обязанности, такими как ограничения на доступ в зоны, затронутые конфликтом, и на получение информации, цензура, притеснения, произвольные задержания и нападения. Однако их репортажи играют важнейшую роль в информировании общественности о ходе вооруженного конфликта, в том числе о его гуманитарных последствиях и о потребностях пострадавших. Точные независимые репортажи также способны привлечь внимание к нарушениям международного гуманитарного права и к влиянию конфликта на жизнь, безопасность, достоинство и основные потребности гражданских лиц.

Международное гуманитарное право обеспечивает мощную защиту журналистов и других работников средств массовой информации. Несмотря на то что в Женевских конвенциях и Дополнительных протоколах к ним содержится лишь несколько конкретных упоминаний работников СМИ, например в статье 79 Дополнительного протокола I и в статье 4A(4) Женевской конвенции III, на журналистов распространяется полный перечень норм, касающихся защиты гражданских лиц.

Статья 79 Дополнительного протокола I подтверждает, что журналисты рассматриваются как гражданские лица и пользуются уважением и защитой при условии, что не принимают непосредственного участия в военных действиях. Такая же защита предусмотрена и в ситуациях вооруженных конфликтов, не носящих международного характера, в рамках обычного международного гуманитарного права (см. норму 34 исследования МККК «Обычное международное гуманитарное право»)

На практике это означает, что журналисты, будучи гражданскими лицами, должны получать защиту от прямого нападения, и на них распространяются общие нормы ведения военных действий и гарантии, касающиеся содержания под стражей и обращения. Право на защиту они утрачивают только в том случае, если принимают непосредственное участие в военных действиях, и только на время такого участия.

В рамках международного гуманитарного права журналисты не обладают особым защищенным статусом, которым наделяются медицинские и гуманитарные работники. Однако они имеют право на защиту в качестве гражданских лиц и на соблюдение полного спектра норм, касающихся защиты гражданского населения в условиях вооруженного конфликта, в том числе право на защиту от прямых нападений, которое они утрачивают только в том случае, если принимают непосредственное участие в военных действиях, и только на время такого участия, а также на прочие гарантии, связанные с ведением военных действий, содержанием под стражей и обращением.

Yes. Under intДа. В рамках международного гуманитарного права уровень защиты зависит не от связей с каким-либо средством массовой информации или гражданства, а от статуса того или иного лица. Внештатные, местные и международные журналисты все считаются гражданскими лицами и пользуются одинаковой защитой, при условии что не принимают непосредственного участия в военных действиях. 

Однако на практике местные и внештатные журналисты могут подвергаться более высокому риску. Зачастую они находятся ближе к месту конфликта, располагают меньшим объемом ресурсов или поддержки и более уязвимы для давления, которое могут оказывать на них стороны в конфликте. Несмотря на эти различия, юридически на всех журналистов распространяется один и тот же уровень защиты.

Нет. Для того чтобы пользоваться защитой в рамках международного гуманитарного права, официальная аккредитация журналистам не требуется. Их право на защиту обусловлено статусом гражданских лиц, а не формальным признанием или разрешением. Это значит, что все журналисты и работники СМИ пользуются защитой, при условии что не принимают непосредственного участия в военных действиях, независимо от наличия аккредитации и связей с каким-либо средством массовой информации, даже если они работают независимо.

На практике наличие аккредитации может упростить доступ в определенные зоны или обеспечить дополнительные возможности для идентификации, а в некоторых случаях она необходима для признания статуса военного корреспондента. Однако аккредитация не является обязательным условием для получения защиты в рамках международного гуманитарного права.

Военные корреспонденты составляют особую категорию журналистов, которая признается в рамках международного гуманитарного права. К ней относятся гражданские лица, получившие официальное разрешение сопровождать вооруженные силы, — как правило, через процедуру официальной аккредитации. Как и прочие журналисты, они пользуются защитой в качестве гражданских лиц при условии, что не принимают непосредственного участия в военных действиях. 

Однако при попадании в плен они имеют право на статус военнопленных в рамках статьи 4A(4) Женевской конвенции III. Это значит, что на них распространяются меры защиты, предусмотренные для военнопленных в рамках Женевской конвенции III, Дополнительного протокола I и обычного международного права.
 

Понятие «прикомандированный журналист» не является юридическим термином в рамках международного гуманитарного права и не имеет официального определения. Его обычно используют по отношению к журналистам, которые ведут репортажи изнутри военных подразделений или находясь рядом с ними.

В рамках международного гуманитарного права применяется термин «военные корреспонденты». Это журналисты, получившие официальное разрешение от вооруженных сил сопровождать воинские подразделения. На практике некоторые прикомандированные журналисты могут входить в эту категорию, если они получили соответствующее разрешение. В таком случае при попадании в плен они имеют право на статус военнопленных.

Журналисты и другие работники СМИ, не имеющие статуса военных корреспондентов, все равно имеют право на защиту в рамках международного гуманитарного права. Будучи гражданскими лицами, они пользуются уважением и защитой, при условии что не принимают непосредственного участия в военных действиях. В случае задержания или попадания в руки одной из сторон в конфликте на иных основаниях они имеют право на защиту, предоставляемую гражданским лицам.

Всё гражданское население, в том числе собственные граждане государства, находятся под защитой международного гуманитарного права. В условиях международного вооруженного конфликта гражданские лица, попавшие в руки стороны в конфликте, гражданами которой они не являются, пользуются защитой в рамках Женевской конвенции IV.

При любых обстоятельствах они имеют право на основные гарантии, в том числе на защиту от насилия, пыток и взятия в заложники, а также право на справедливое судебное разбирательство. Эти гарантии предусмотрены статьей 75 Дополнительного протокола I, а в случае немеждународных вооруженных конфликтов — статьей 3, общей для всех Женевских конвенций, Дополнительным протоколом II и обычным международным гуманитарным правом.

Не все, кто осуществляет информационно-коммуникационную деятельность в ходе вооруженного конфликта, являются гражданскими лицами. Некоторые журналисты и работники СМИ могут принадлежать к личному составу государственных вооруженных сил. В условиях международного вооруженного конфликта они не считаются гражданскими лицами и могут стать законной целью в соответствии с положениями международного гуманитарного права.

В то же время гражданские журналисты, включая военных корреспондентов и независимых работников СМИ, по-прежнему пользуются защитой в качестве гражданских лиц, при условии что не принимают непосредственного участия в военных действиях.

Признание человека гражданским лицом или лицом из состава вооруженных сил зависит от его статуса и выполняемых функций, а не только от рода занятий.

В рамках международного гуманитарного права журналисты пользуются защитой в качестве гражданских лиц, при условии что не принимают непосредственного участия в военных действиях. 

Непосредственным участием в военных действиях обычно считается деятельность, направленная на поддержку одной стороны в конфликте таким образом, который причиняет прямой ущерб противоположной стороне. Примерами могут служить сбор или передача тактической военной информации для использования в ходе нападений или иное прямое оказание помощи в ведении военных действий. Обычная журналистская деятельность, такая как освещение военных действий, фотографирование или видеосъемка, не считается непосредственным участием в военных действиях. 

Признание лица непосредственным участником военных действий зависит от конкретных обстоятельств и характера его деятельности. В любом случае утрата защиты является временной мерой и не выходит за рамки срока такого участия в военных действиях.

Журналисты пользуются защитой в рамках международного гуманитарного права как гражданские лица. Освещение конфликта, выражение мнений или обмен информацией не делают журналиста законной целью. Журналисты могут утратить свое право на защиту от нападений только в том случае, если принимают непосредственное участие в военных действиях, и только на время такого участия, как указано выше. Это жесткий критерий, зависящий от характера производимых действий, а не от содержания репортажей.

На практике это означает, что даже критические или нелестные репортажи ни в коем случае не могут служить оправданием нападений на журналистов.

В рамках международного гуманитарного права журналисты являются гражданскими лицами и имеют право на защиту от прямых нападений, которое они утрачивают только в том случае, если принимают непосредственное участие в военных действиях, и только на время такого участия. Преднамеренное нападение на гражданских лиц, в том числе журналистов, запрещено и может быть признано военным преступлением. Это относится как к международным вооруженным конфликтам, так и к вооруженным конфликтам, не носящим международного характера, в том числе в соответствии с Римским статутом Международного уголовного суда.

Средства массовой информации, занимаемые ими помещения и используемое ими оборудование, как правило, считаются гражданскими объектами и в этом качестве пользуются защитой в рамках международного гуманитарного права. Это означает, что на них запрещено нападать, если они не становятся военными объектами.

Средство массовой информации может считаться военным объектом только в том случае, если в силу своего характера, местоположения, назначения или применения вносит активный вклад в военные действия и если его уничтожение принесет конкретное военное преимущество. Оценка соблюдения этого критерия проводится в зависимости от обстоятельств.

На практике добиться признания таких объектов военным объектом очень сложно. Тот факт, что то или иное СМИ распространяет информацию, выражает мнение или освещает конфликт, само по себе не делает его военным объектом. Даже в случае нападения на военный объект стороны в конфликте обязаны соблюдать принципы соразмерности и принятия мер предосторожности при нападении, в том числе принимать практически возможные меры предосторожности, чтобы исключить или свести к минимуму случайный ущерб для гражданских лиц, включая журналистов и других работников СМИ.

Международное гуманитарное право не препятствует использованию журналистами средств защиты, таких как шлемы и бронежилеты. Наличие у них подобной экипировки не лишает их статуса гражданских лиц и права на защиту.

Однако ношение оружия связано с иными соображениями. Журналисты пользуются защитой в качестве гражданских лиц, при условии что не принимают непосредственного участия в военных действиях. Ношение или применение оружия может повлиять на то, как их воспринимают окружающие, что повышает риск ошибочной идентификации их в качестве участников военных действий. При определенных обстоятельствах применение оружия может быть приравнено к непосредственному участию в военных действиях, в результате чего журналист временно утрачивает право на защиту от прямого нападения. 

В то же время ношение одежды, похожей на военную форму, не лишает журналистов права на защиту от прямых нападений, но осложняет вооруженным силам проведение различия между гражданскими лицами и комбатантами. Когда военные корреспонденты или журналисты сопровождают воинские подразделения в зоне активных боевых действий, особенно если они работают в непосредственной близости от вооруженных сил или носят одежду, похожую на военную форму, это повышает риск случайного ранения или гибели в ходе вооруженного столкновения.

На практике журналисты должны понимать, что, хотя ношение средств защиты не влияет на их юридический статус, наличие у них оружия или близость к вооруженным акторам может повысить риск, которому они подвергаются во время работы.

Использование камер, дронов или иного оборудования само по себе не влияет на защиту журналистов в рамках международного гуманитарного права. Журналисты остаются гражданскими лицами и в этом качестве пользуются защитой, при условии что не принимают непосредственного участия в военных действиях. 

Однако на практике применение некоторых видов оборудования может быть сопряжено с риском. К примеру, дроны или иные технические устройства можно принять за военную технику или счесть, что они используются таким образом, который создает угрозу безопасности. В условиях высокой нестабильности это может повысить риск неправильного толкования или возникновения подозрений. Таким образом, журналистам следует осознавать, что, несмотря на наличие у них правовой защиты, применение определенных видов оборудования может повлиять на то, как они воспринимаются в боевой обстановке.

В рамках международного гуманитарного права журналисты пользуются защитой в качестве гражданских лиц независимо от того, предъявляют ли они знаки принадлежности к прессе. Журналисты не обязаны носить такие знаки, чтобы получить защиту. 

На практике предъявление знаков принадлежности к прессе или наличие средств идентификации работника СМИ позволяет идентифицировать журналистов и сократить риск ошибочного восприятия их как военнослужащих или членов вооруженной группы. Однако в некоторых ситуациях это может сделать их более заметными и стать дополнительным источником опасности. Таким образом, решение об использовании подобных опознавательных знаков часто зависит от обстоятельств и в конечном счете должно приниматься самими журналистами и их работодателями.

Журналистику не следует путать со шпионажем. Освещение конфликта, сбор информации и предоставление ее широкой общественности — это обычная журналистская деятельность, которая сама по себе не приравнивается к шпионажу. Однако в условиях вооруженного конфликта журналистов могут обвинять в шпионаже, особенно если создастся впечатление, что они собирают информацию, имеющую военное значение. Такое обвинение может повлечь за собой серьезные последствия, вплоть до помещения под стражу и судебного преследования.

Международное гуманитарное право предусматривает существенные меры защиты для таких случаев. Будучи гражданскими лицами, журналисты вправе рассчитывать на гуманное обращение и соблюдение основополагающих гарантий, включая запрет на применение насилия и право на справедливое судебное разбирательство. В то же время журналистам следует избегать поступков, которые могут квалифицироваться как непосредственное участие в военных действиях и размывать границу между их профессиональными обязанностями и деятельностью сторон в конфликте, таких как непосредственный вклад в ход вооруженного противостояния за счет передачи сведений одной из сторон конфликта для использования в бою.

Как и все люди, журналисты могут быть привлечены к уголовной ответственности в рамках национального законодательства или международного права за совершение определенных действий в ходе вооруженного конфликта. В некоторых случаях журналистская деятельность может повлечь за собой уголовную ответственность, в том числе если она включала непосредственное подстрекательство к совершению военных преступлений, геноциду или серьезному нарушению иных международных норм.

В то же время освещение вооруженного конфликта, выражение мнений и критика сторон в конфликте сами по себе не считаются уголовными преступлениями и не лишают лицо защиты, предоставляемой журналистам в рамках международного гуманитарного права.

Международное гуманитарное право обеспечивает защиту журналистов как гражданских лиц в условиях вооруженного конфликта, но не регулирует все аспекты журналистской деятельности.

В частности, международное гуманитарное право не обеспечивает журналистам неограниченного доступа на территорию, находящуюся под контролем одной из сторон в конфликте. Предоставление доступа может быть ограничено из соображений безопасности, по причинам военного характера или на иных основаниях согласно применимым нормам международного права и положениям государственного законодательства.

Вопросы, связанные со свободой слова и свободой прессы, регулируются преимущественно международным правом прав человека и внутригосударственным законодательством. Тем не менее работа журналистов необходима для информирования общественности о вооруженных конфликтах и их гуманитарных последствиях.

Международное гуманитарное право требует уважать и защищать всех раненых и больных, в том числе журналистов, без какого-либо неблагоприятного различия, а также оказывать им медицинскую помощь. Стороны в конфликте обязаны принимать все возможные меры для поиска и сбора раненых. С телами погибших журналистов надлежит обращаться достойно и с уважением. Тела погибших следует подбирать, обеспечивать надлежащее обращение с ними и по возможности проводить их опознание. При наличии возможности останки необходимо возвращать родственникам.

В случае безвестного исчезновения журналиста стороны в конфликте обязаны принять меры к установлению его местонахождения и передаче сведений о нем родственникам.

Эти обязательства отражают более общий гуманитарный принцип: люди имеют право на информацию об участи своих родственников, поэтому необходимо стремиться предотвращать безвестные исчезновения, а если это не удалось, выяснять судьбу пропавших без вести.

Защита журналистов и других работников СМИ — одна из ключевых сфер ответственности государств и сторон в вооруженном конфликте, в том числе негосударственных вооруженных групп. В соответствии с международным гуманитарным правом все стороны в конфликте имеют обязательство уважать и защищать гражданских лиц, в том числе журналистов, и следить за тем, чтобы личный состав вооруженных сил знал и соблюдал эти нормы.

Для достижения данной цели необходимо давать четкие инструкции, проводить обучение и принимать практические меры, направленные на сокращение риска, с которым сталкиваются журналисты в ходе военных действий. Кроме того, стороны в конфликте должны делать всё необходимое, чтобы предотвратить нарушения правовых норм и надлежащим образом расследовать заявления о нападениях на журналистов, а при установлении факта нападения предавать виновных суду. Обеспечение более строгого соблюдения этих обязательств необходимо для укрепления безопасности журналистов и других работников СМИ в условиях вооруженного конфликта.

Международное гуманитарное право создает прочную базу для защиты журналистов и других работников СМИ в ходе вооруженного конфликта. Основная сложность состоит не в отсутствии правовых норм, а в обеспечении их соблюдения на практике. В частности, следует вести постоянную работу в целях предотвращения нарушений действующих норм, проведения надлежащего расследования подобных случаев и, при необходимости, привлечения виновных к ответственности.

МККК содействует соблюдению существующих норм, в том числе посредством проведения обучения и оказания поддержки лицам, ответственным за их применение. Для укрепления защиты журналистов необходимо совершенствовать практику подотчетности и обеспечивать соблюдение правовых норм.

МККК содействует соблюдению норм, касающихся защиты журналистов и гражданских лиц в целом, в том числе проводит обучение и создает руководства по международному гуманитарному праву для вооруженных сил, журналистов и других соответствующих акторов. 

Кроме того, МККК ведет диалог со сторонами в вооруженных конфликтах в целях содействия соблюдению этих норм на практике. Он также принимает участие в экспертных обсуждениях и сотрудничает с другими организациями в сфере защиты журналистов в целях повышения осведомленности и обеспечения более строгого соблюдения правовых норм.
 

На международном уровне и на уровне отдельных стран принимаются меры, направленные на укрепление безопасности журналистов и других работников СМИ в ходе вооруженных конфликтов. Однако в этой сфере сохраняются серьезные проблемы, и предстоит еще многое сделать для обеспечения соблюдения действующих норм на практике. Укрепление безопасности требует постоянных усилий по повышению осведомленности о международном гуманитарном праве, совершенствования методик обучения участников военных действий и привлечения к ответственности за нарушение действующих норм. Кроме того, для достижения этой цели необходимо сотрудничество между государствами, вооруженными силами, средствами массовой информации и другими соответствующими акторами. 

МККК продолжает оказывать содействие подобным мероприятиям, призывая к соблюдению правовых норм и принятию практических мер по обеспечению безопасности журналистов.