Три человека, одна идея: как Дюнан, Демидов и Абд аль-Кадир заложили основы современного гуманитаризма

Анатолий Демидов (1813–1870), князь Сан-Донато и представитель богатейшей династии русских промышленников, унаследовал одно из крупнейших состояний в Европе. Движимый чувством ответственности перед обществом, Демидов финансировал больницы, дома призрения трудящихся и благотворительные организации, выделял средства на научные экспедиции и различные начинания в области искусства.

Во время Крымской войны 1853–1856 гг. Демидов, до тех пор занимавшийся благотворительностью, начал осуществлять деятельность, которую можно было с уверенностью назвать гуманитарной. Потрясенный участью военнопленных, в начале 1854 г. он на собственные средства учредил организацию с предельно простой, однако совершенно новой целью: устанавливать местонахождение военнопленных всех сторон в конфликте, записывать их имена и где они содержатся под стражей, передавать новости их родственникам, посылать военнопленным деньги и необходимые вещи и содействовать улучшению условий их содержания. Пользуясь своими обширными связями в дипломатической, деловой и культурной среде Европы, Демидов организовал систему помощи военнопленным: его помощники устанавливали местонахождение пленных, передавали письма, договаривались с властями об улучшении условий содержания под стражей и даже посещали военнопленных. Гуманитарная работа в рамках этой частной инициативы приобрела невиданный для того времени масштаб.

Прочитав «Воспоминание о битве при Сольферино», Демидов связался с Дюнаном, выразив ему поддержку. Он убеждал Дюнана, что помогать следует и военнопленным: находясь вдали от семьи и дома, они испытывают не только физические, но и душевные страдания. В письмах Дюнану из Парижа Демидов настаивал, что благодаря «письмам из дома, новостям от родственников, полезной информации и посылке денег... их состояние можно значительно улучшить» . 
На учредительном собрании Международного Комитета Красного Креста (МККК) в 1863 г. Дюнан упомянул предложение Демидова, однако в тот момент оно не получило поддержки делегатов. В число тех, кому должна была помогать созданная организация, включили только раненых, оставив вопрос военнопленных на усмотрение государств. 

Тем не менее предложение Демидова не оставило Дюнана равнодушным, и год спустя он снова поднял этот вопрос. В итоге в 1864 г. МККК включил военнопленных в число покровительствуемых лиц . Таким образом, идеи Анатолия Демидова восторжествовали. Задолго до того как международное право признало, что пленные имеют право на защиту, человек, движимый идеей и преданный своему делу, доказал, что участь этих людей можно значительно облегчить благодаря простой гуманности.

Эмира Абд аль-Кадира (1808–1883), исламского богослова, поэта, государственного и военного деятеля, часто называют отцом современного Алжира. Он известен не только благородством, но и гуманностью. Убеждения Абд аль-Кадира основывались на гуманитарных принципах, которые более тысячи лет разрабатывали исламские правоведы. 

Известно, что во время борьбы с французской оккупацией Алжира Абд аль-Кадир ввел правила, призванные обеспечить гуманное обращение с военнопленными и предусматривающие наказание за насилие в отношении них. По словам его прямого потомка, ныне почившего посла Идриса Джезайри, Абд аль-Кадир «в 1842 г. разработал... свой кодекс защиты пленных. В разгар войны он собрал 300 наиболее влиятельных человек из своего окружения и добился принятия этого кодекса, имевшего революционное значение… Кроме того, кодекс эмира запрещал дурное обращение с пленными и убийство безоружных солдат противника или пленных... В кодексе даже признавалось право пленных обращаться к священнику и право на содержание в тех же условиях, в каких находятся войска самого эмира».

Как рассказывает профессор Мустафа Шериф, Абд аль-Кадир написал епископу Алжира письмо с просьбой направить туда, где эмир содержал под стражей французских пленных, священнослужителя. Пленные могли бы обращаться к нему при условии, что не будут раскрывать сведения военного характера. По имеющимся данным, священнослужители предоставляли пленным духовную поддержку и помогали им вести переписку с родственниками, что облегчало тяготы пребывания в плену. Также, согласно распоряжению Абд аль-Кадира, священники должны были пользоваться защитой и высочайшим уважением.

Хотя, по всей видимости, не существует свидетельств какой-либо связи между Абд аль-Кадиром и Демидовым, они оба (в 1842 и 1854 гг. соответственно) создали механизмы, обеспечивающие гуманное обращение с военнопленными. Дюнан узнал о гуманитарной деятельности Абд аль-Кадира в 1850-х гг., когда посещал Алжир с деловым визитом. Своей гуманностью Абд аль-Кадир заслужил мировое признание: как при жизни, так и после смерти его деятельностью восхищались поэты, писатели и мировые лидеры – такие как президент Авраам Линкольн, королева Виктория, император Александр II, султан Абдул-Меджид I, Наполеон III, представители Ватикана, Роберт Браунинг и Уильям Мейкпис Теккерей.

Почти все о заслугах Анри Дюнана уже было сказано. Поездка Дюнана в Италию в июне 1859 г. с целью обсудить вопросы ведения дел в колониях, потрясение от увиденного на поле боя при Сольферино, принятое на ходу решение помочь раненым, выход в свет «Воспоминания о битве при Сольферино» спустя несколько лет, учреждение в феврале 1863 г. МККК — все это неотъемлемая часть истории гуманитарной деятельности, об этом написано бесчисленное множество книг и статей.

В своей книге Дюнан сформулировал две идеи, которые быстро воплотились в жизнь, — учреждение обществ помощи раненым на войне и заключение международного договора, защищающего как самих раненых, так и тех, кто о них заботится. В октябре 1863 г. была проведена международная конференция, организованная основателями МККК, которая стала толчком к созданию национальных обществ Красного Креста, а еще позже — Международного движения Красного Креста и Красного Полумесяца. Менее чем через год была подписана первая Женевская конвенция. Чуть больше чем через пять лет ужасы войны, пережитые одним человеком, привели к созданию крупнейшего в мире гуманитарного движения и первого современного договора международного гуманитарного права (МГП).

Почему же идеи Анри Дюнана удалось претворить в жизнь и почему они оказались столь популярны? 

Успех его идей частично объясняется тем, что Дюнана окружали люди, чей опыт в военном деле, юриспруденции и медицине и организаторские способности позволили перейти от абстрактной концепции к конкретным действиям. Генерал Гийом-Анри Дюфур обладал весом и авторитетом среди военных, а хирурги Луи Аппиа и Теодор Монуар – в медицинских кругах; Гюстав Муанье имел организаторские способности и упорство, которые помогали претворять задуманное в жизнь. 

Еще одна причина — энергия и энтузиазм, с которыми Дюнан продвигал свои идеи. Как только «Воспоминание о битве при Сольферино» увидело свет, Дюнан поспешил поделиться книгой с самыми влиятельными людьми того времени. Он проводил бесчисленные встречи и разослал огромное количество писем по всей Европе. Дюнан не только был способен увлечь окружающих своими идеями, но и прекрасно умел налаживать полезные связи. 

Хотя из-за слабого здоровья Анатолий Демидов не смог присутствовать на международной конференции в октябре 1863 г., в то время он вел переписку с Дюнаном – это помогло распространить идеи русского мецената и способствовало тому, чтобы участники рассмотрели его предложение.

Хотя не существует свидетельств того, что Дюнан и Абд аль-Кадир когда-либо встречались, у них был общий знакомый — Чарльз Эйнард, который в 1852 г. помог добиться освобождения Абд аль-Кадира из-под стражи во Франции. Эйнард счел, что написанная Дюнаном «Заметка о тунисском регентстве» будет интересна Абд аль-Кадиру, поскольку Дюнан восхищался им и сравнивал его с царем Нумидии Югуртой, отмечая сходство между сопротивлением последнего попыткам Древнего Рима установить свое господство в Северной Африке и борьбой Абд аль-Кадира с французской оккупацией: «Как хорошо известно, в течение семи лет его внук Югурта вел ожесточенную борьбу с римлянами; нумидийцы изо всех городов и горных поселений объединились вокруг него — точно так же, как в наши дни арабы и кабилы Алжира противостоят французам, объединившись под началом эмира Абд аль-Кадира. Однако Югурта, который имеет столь много общего с нынешним лидером арабов, умер от голода в возрасте 54 лет в Риме, в сырой и грязной яме, куда был брошен римлянами из мести, а Абд аль-Кадир благодаря уважаемому императору, который теперь правит Францией, мирно доживает в Бруссе последние годы его необыкновенной жизни».

В середине XIX в. три человека из разных стран, имеющие разные убеждения, политические воззрения и происхождение, сошлись в одном: люди не должны так невыносимо страдать – и задались целью облегчить участь жертв войны. 

Впрочем, в этом стремлении Дюнан, Абд аль-Кадир и Демидов были не одиноки. Во время Крымской войны Флоренс Найтингейл организовала помощь раненым британским солдатам; Фердинандо Палашано и Анри Арно выступали с идеей оказывать медицинскую помощь раненым, к какой бы стороне они ни принадлежали; Фрэнсис Либер разработал правила, регулирующие ведение военных действий и защищающие жертв войны. В одно и то же время в разных частях мира возникли схожие гуманитарные идеи, которые впоследствии легли в основу как МГП, так и мандата МККК. Обратитесь к истории своих стран и подумайте, встречались ли в ней подобные личности и гуманитарные традиции, многие из которых, вероятно, еще не получили должного признания и не заняли своего места в истории гуманитаризма.

Более 160 лет спустя может казаться, что истории этих людей слишком далеки от современности и остались в далеком прошлом. Однако они остаются весьма актуальными и по сей день.
В частности, хотя МГП и появилось в определенных историко-культурных условиях, лежащие в его основе принципы имеют поистине глобальный, всеобщий характер. Красный Крест и Женевские конвенции появились в Швейцарии в силу определенных обстоятельств, однако вполне могли появиться где-либо еще.

Те, кто стоял у истоков гуманитарной деятельности, стремились найти практичное и прагматичное решение существующих проблем. В этом смысле они предвосхитили суть МГП, которое является не набором абстрактных правовых норм, а законодательно закрепленным перечнем конкретных мер для помощи пострадавшим во время вооруженных конфликтов и их защиты. 

С тех пор личный и коллективный вклад «первопроходцев» в становление гуманитаризма не утратил своей ценности. В середине XIX в. многие осознали, что их долг – облегчать причиняемые войной страдания. Многие из тех, кто стремился к переменам, не занимали государственных должностей. Масштабную гуманитарную деятельность вели простые граждане, и им же принадлежит идея написать правила, которые затем легли в основу международного гуманитарного права, каким мы знаем его сегодня.

Как будто вторя призывам к действию того времени, сегодня МККК стремится обеспечить более строгое соблюдение МГП, реализуя глобальную инициативу по усилению политической приверженности международному гуманитарному праву. Хотя основная ответственность за соблюдение и обеспечение соблюдения МГП лежит на сторонах в конфликте, ответственность за сохранение этого гуманитарного наследия все еще несет международное сообщество в целом. 

Истории Дюнана, Демидова и Абд аль-Кадира напоминают нам о том, что гуманность — в сердце каждого человека, когда и где бы он ни жил и к какой бы культуре ни принадлежал. И более 160 лет спустя можно видеть, как наследие этих людей продолжает оказывать влияние на разные страны, культуры и традиции. Сам факт того, что трое сотрудников МККК из разных стран решили посвятить статью этим важным историческим личностям, служит напоминанием о том, что становление гуманитаризма — не заслуга какой-либо одной страны или даже цивилизации, а воплощение общего стремления человечества защитить достоинство людей во время войны.