Медицинская помощь под огнем: 10 лет после принятия Резолюции 2286
Всякий раз, когда Ашраф аль-Хатиб, санитар Палестинского общества Красного Полумесяца, уходит на работу, его близкие прощаются с ним так, как будто он может больше не вернуться. «Всякий раз, когда мы приходим домой, наши семьи встречают нас, словно мы воскресли из мертвых», — говорит он.
Эта фраза — спокойная и трагическая, произнесенная без пафоса, — передает то, что ни один официальный документ не может выразить в полной мере. В зонах конфликтов по всему миру медики ежедневно делают один и тот же выбор: невзирая на реальную опасность, они отправляются на работу.
3 мая 2016 г. Совет Безопасности ООН принял Резолюцию 2286. В ней осуждаются нападения на медицинские учреждения, медицинский персонал и санитарно-транспортные средства в ситуациях вооруженных конфликтов. Резолюция вновь подтвердила то, что уже было четко сформулировано в международном гуманитарном праве: больницы, пациенты, врачи и машины скорой помощи никогда не должны становиться объектом нападения. Спустя десять лет этот принцип по-прежнему нарушается, что приводит к катастрофическим последствиям.
Оказание медицинской помощи не должно требовать героизма
Ашраф долго размышлял о страхе — о его значении, о цене, которую приходится платить, и о том, что требуется от него самого.
«Шансы вернуться домой у нас — пятьдесят на пятьдесят, — говорит он. – Каждый раз, уходя на работу, мы прощаемся с близкими».
Серьезность ситуации предельно ясна, но Ашраф не хочет, чтобы это звучало как приговор: «Бояться не стыдно. Страшно бывает всем. Быть смелым — значит уметь побороть свой страх, чтобы ты контролировал его, а не он тебя».
Ашраф аль-Хатиб, санитар Палестинского общества Красного Полумесяца
Это — проблема, для решения которой была принята Резолюция 2286, но и спустя десять лет положение дел не изменилось: медицинские учреждения по-прежнему повреждают или разрушают, медикам угрожают, они получают ранения и гибнут, машины скорой помощи не пропускают или подвергают нападению, а пациенты лишаются возможности получить необходимую помощь.
И дело не только в прямых последствиях. Когда медицинская помощь постоянно связана с риском, под угрозой оказывается работа служб жизнеобеспечения, при этом страдают не только жертвы конкретного происшествия, но и все местное население.
За цифрами статистики — жизни людей
Мохаммед Шаабан, врач МККК, работает в полевом госпитале Красного Креста. Он по опыту знает, к чему приводит развал системы здравоохранения.
«Когда мы перевозили пациента из одной больницы в другую, погиб один наш санитар. Его убило шальной пулей», — говорит Мохаммед. Он ненадолго замолкает прежде чем рассказать, что означает такая потеря, кроме горя для родных и близких.
«Когда медики и спасатели не могут выехать и оказать помощь раненым и больным, это предвещает настоящую катастрофу — вдобавок к той опасности, которой подвергаются они сами».
Мохаммед Шаабан, врач МККК в полевом госпитале Красного Креста
За каждой цифрой потерь стоит живой человек: пациент, до которого не добрались медики, семья, оставшаяся без помощи, деревня или город, окончательно потерявшие доступ к службам здравоохранения, которые и раньше едва справлялись со своей нагрузкой.
В Колумбии Данило Торрадо координирует работу выездных медицинских бригад в регионе Норте-де-Сантандер: решает вопросы, связанные с прохождением контрольно-пропускных пунктов, отслеживает, где перекрыты дороги, проводит постоянную оценку, куда безопасно отправлять персонал, а куда — нет.
«Прощаясь с родными, мы просто не знаем, чем обернется для нас этот конфликт», — говорит он.
«Мы надеемся, что участники конфликта не нападут на нас и не подвергнут нас смертельной опасности, что они будут соблюдать международное гуманитарное право, но тем не менее какая-то неопределенность остается».
Данило Торрадо, координатор работы выездных медицинских бригад в регионе Норте-де-Сантандер (Колумбия)
Эта неопределенность прямо сказывается на жизни людей. Когда медики не могут добраться до отдаленных сельских районов, дети остаются без прививок, беременные женщины — без ухода, больные с излечимыми заболеваниями — без лечения.
Зухейр Рамьех, санитар Палестинского общества Красного Полумесяца в Рамалле на Западном берегу реки Иордан, попал в такую ситуацию, когда поехал на срочный вызов в палестинскую деревню, где у женщины начались схватки. Его машину скорой помощи продержали на контрольно-пропускном пункте почти час. «Выход из положения был только один: пациентке и сопровождавшей ее женщине пешком дойти до контрольно-пропускного пункта, — говорит он. — Из-за войны, выезды занимают гораздо больше времени, и это осложняет жизнь тех, кто обращается за медицинской помощью».
Зухейр Рамьех, санитар Палестинского общества Красного Полумесяца
Мигель Пенья, фармацевт, работающий в МККК в Венесуэле, описывает масштабный системный эффект:
«Нападение на машину скорой помощи или больницу — это не только удар по материально-технической базе. Такое нападение лишает сотни людей возможности получить помощь. Оно внушает страх и больным, и медперсоналу. Когда лечебные учреждения, транспорт и персонал теряют защиту, разваливается вся система».
Мигель Пенья, фармацевт, работающий в МККК в Венесуэле
Проблема не в том, что нет необходимых норм, а в том что эти нормы не соблюдаются
Защита системы здравоохранения во время вооруженных конфликтов — это не какой-то слабо урегулированный вопрос. Это юридическое обязательство в соответствии с международным гуманитарным правом, и Резолюция 2286 подтверждает это, призывая все стороны в конфликте уважать и защищать медицинские учреждения и медицинский персонал, а государства — принимать конкретные меры: укреплять национальное законодательство, делать меры защиты неотъемлемой частью ведения военных действий, расследовать нарушения и привлекать виновных к ответственности.
Прошло десять лет, но нарушения продолжаются. Не потому, что нормы неясны, а потому что они не соблюдаются в полной мере.
Сита Зори Эпуз Траоре — акушерка, работает в МККК в г. Фада-Нгурма (Буркина-Фасо). Она говорит о том, что больше всего волнует ее в этой проблеме, не как пункт какого-то программного документа, а как то, что видится самым главным ей лично.
«Что заставляет меня и дальше работать, несмотря на все угрозы, — это то, что я вижу реальную пользу, которую я приношу страдающим людям».
«Для меня важна жизнь каждого. Конечно, когда бывает опасно, мы все боимся. Но как бы ни было страшно, мы только сильнее чувствуем, что должны делать свое дело. И это чувство пересиливает страх. Я знаю: чтобы спасти человека, я должна преодолеть страх и поспешить к нему на помощь».
Эта преданность делу медицинских работников в Буркина-Фасо, Нигерии, Палестине, Колумбии, Венесуэле — везде и всюду, не должна восприниматься как должное. Она прекрасна. Однако это прекрасное качество не может быть заменой защиты.
Сита Зори Эпуз Траоре, акушерка, работающая в МККК в г. Фада-Нгурма (Буркина-Фасо)
От намерений к действиям
Эта годовщина Резолюции 2286 должна стать поворотным моментом.
У государств есть средства для более эффективной защиты системы здравоохранения. Практические меры хорошо известны: включение положений о мерах защиты в руководящие документы вооруженных сил и принятие таких мер при ведении военных действий, усиление внутригосударственного законодательства, обучение личного состава, расследование инцидентов и обеспечение подотчетности. Государства также несут ответственность не только за соблюдение международного гуманитарного права, но и за обеспечение его соблюдения другими сторонами, включая те, которые они поддерживают.
МККК работает с государствами, чтобы эти обязательства воплотились в конкретные действия, в том числе путем реализации глобальной инициативы в области международного гуманитарного права, поддерживаемой более чем 100 странами. Эта инициатива представляет собой практическую дорожную карту. Однако дорожная карта эффективна только тогда, когда кто-то готов ей воспользоваться. Успех зависит от политической воли.
Призыв защищать тех, кто спасает жизни
Данило Торрадо, отвечая на вопрос о том, что значит заниматься этой работой, возвращается к самому главному: «Ты прощаешься с семьей и просто не знаешь, чем для для тебя обернется конфликт».
Никто не должен нести такую ношу. Никто не должен стоять перед выбором: спасать или нет чужие жизни, рискуя своей собственной.
Саламату Дауда, лаборантка медицинской лаборатории в г. Мадагали (Нигерия) говорит об этом просто: «Бывает так, что ночью происходит нападение, но утром мы все равно приходим на работу».
«Мы тоже живем здесь и не можем оставить людей без медицинской помощи». Она знает, чем рискует, но все равно продолжает работать.
Саламату Дауда, лаборантка медицинской лаборатории в г. Мадагали (Нигерия)
Здравоохранение никогда не должно становиться жертвой войны. Медики, чьи слова здесь цитируются, ежедневно делают свой выбор и, невзирая на опасность, занимают свой пост. Саламату, несмотря ни на что, приходит каждое утро в лабораторию. Зухейр прощается с семьей и отправляется на работу. Как и Сита, Данило, Мигель, Мохаммед и тысячи других, чьи имена нам неизвестны.
Их мужество реально. И спустя десять лет после принятия Резолюции 2286 международное сообщество должно проявить такую же решимость — не на словах, а на деле.
Защита системы здравоохранения – это не просто юридическая обязанность, это наша проверка на человечность.
Фото: Jonathan Busasi Nsalimbi
Фото: Jonathan Busasi Nsalimbi
