Политика боевых ранений

13 март 2017
Политика боевых ранений

Я никогда не забуду запах крови и горелой человеческой плоти. Мне постоянно снятся взрослые и дети с чудовищными ранениями.

Я — военный хирург. Уже больше двадцати лет я спасаю жизни изувеченных минами и бомбами или изрешеченных пулями людей. Уганда, Сомали, Афганистан, Ливия, Сирия и Йемен — вот лишь неполный список раздираемых войной стран, в которых я работал.

Во всех этих странах поток людей, получивших различные ранения в результате боевых действий, не иссякал. Работать приходилось в самых суровых условиях, иногда прямо под бомбами. Из-за своей разрушительной силы бомбы, мины и пули наносят человеческому телу страшные увечья. Для лечения таких ран требуется специальная медицинская подготовка, но на большинстве медицинских факультетов этому не обучают. Эта область медицины называется "военно-полевая хирургия" или "оказание помощи при боевых ранениях".

Число вооруженных конфликтов в регионе резко возросло, и молодые врачи и медсестры все чаще сталкиваются с боевыми ранениями уже в начале своей карьеры. К тридцати годам врач крупной больницы в Израиле или в Газе уже получил опыт работы в условиях наплыва раненых, имел дело с ужасными ранениями, например причиненными взрывом, и провел несколько ампутаций.

Помощь при боевых ранениях должна стать неотъемлемой частью обучения на всех медицинских факультетах в странах, затронутых конфликтом. В результате будущие врачи овладеют необходимыми навыками, что повысит их шансы спасти жизнь раненого. В нашей профессии бывает очень легко пасть духом, особенно в обстановке вооруженного конфликта.

Иногда все, что мы можем сделать — это облегчить боль, давая пациенту умереть достойно, хотя на самом деле его достоинство было попрано еще до того, как он очутился у меня на столе. Вооруженные конфликты запросто лишают людей их достоинства: сначала они оставляют их без средств к существованию и доступа к жизненно важным услугам, затем уносят их жизни и жизни их родных и близких, порой не оставляя от человека практически ничего.

Целые поколения людей несут на себе печать войн и конфликтов. К сожалению, такая же судьба ждет еще очень многих мужчин, женщин и детей. Без политических действий на местном и международном уровне их участь останется печальной.

Иногда, когда я оперирую пациентов с огнестрельными или взрывными ранениями, мне хочется, чтобы рядом со мной оказалось несколько ведущих политиков из раздираемых войной стран. Стали бы они принимать другие решения, если бы каждый день своими глазами видели без прикрас, во что обходится людям война? Кусок мяса — вот все, что иногда остается от человека.

Трагедии, свидетелем которых я стал за время работы хирургом, оставили в моей душе глубокий след. В отличие от шрамов многих моих пациентов, эти рубцы не видимы глазу. Только сейчас, после двадцати лет работы, я набрался смелости сказать: есть и другой путь, этого можно избежать.

Как военный хирург, я давал клятву делать все, что в моих силах, чтобы спасать людей и лечить их раны. Однако, глядя на ситуацию в мире, я боюсь, что мои усилия и старания моих коллег — других врачей и медицинских сестер — капля в море. Мы никогда не сможем исцелить людей от жестокости по отношению к своим собратьям.

Текст впервые опубликован на сайте Фонда "Томсон Рейтер" ("Thompson Reuters Foundation")

Д-р Марко Балдан — старший военно-полевой хирург, работающий в Международном Комитете Красного Креста (МККК) около 20 лет. В конце февраля 2017 г. он посетил Газу в рамках кампании МККК за включение модулей по военно-полевой хирургии в учебные программы нескольких университетов Газы.

Подпишитесь на новости МККК